Моя прабабушка, Ваганова Евгения Алексеевна, родилась в далеком 1930 году. Случилось так, что ей пришлось увидеть Великую Отечественную войну своими глазами, пережить все ужасы этой кровавой войны: каждый день видеть немецких солдат и офицеров, слышать лай немецких овчарок и автоматные очереди, встречаться с людьми, которые предали Советскую власть. Вы, наверное, будете думать: как же это произошло?

Дело в том, что моя прабабушка родилась в Белоруссии, в Брестской области, в деревне Тюхиничи, что в двух километрах от города Бреста, там, где река Буг тихо несет свои воды.

Перед началом войны Жене Гайдучик было одиннадцать лет. Как и все дети того времени,  она работала в поле наравне со взрослыми: полола просо, жала пшеницу и рожь, вязала снопы и еще была нянькой для своих маленьких братьев. В редкие дни отдыха ходила с подружками в лес за ягодами и грибами. Очень любила купаться в речке. Иногда  вместе со своей мамой ходила на базар в город Брест, чтобы продать молоко, яйца, овощи и купить гостинцев для своей семьи. Вообще, жила как все дети. Училась в школе, но закончила всего лишь четыре класса. Детям того времени некогда было учиться, слишком много было дел: нужно было помогать своим родителям в поле, в огороде, по дому.

Жизнь для маленькой девочки Жени шла своим чередом, и ничего не предвещало страшных событий. Но вот наступило утро 22 июня 1941 года, когда фашистская Германия без объявления войны вероломно напала на нашу Родину (тогда наша страна называлась Союз Советских Социалистических Республик (СССР).

В деревню, где жила Женя, уже утром того страшного дня пришли немецкие солдаты и стали наводить свои фашистские порядки. Они заселялись в лучшие дома, а хозяев выгоняли на улицу или просто расстреливали. Расстреливали всех, кто был им неугоден и не подчинялся их воле. А тех, кто склонил перед ними голову и встал на их сторону, назначали полицаями.

В память маленькой девочки врезался резкий запах одеколона от немецкого офицера, который пришел в их дом и стал требовать, чтобы мать отдала ему всю еду, какая была. «Матка, млеко, яйки давай!» - кричал немецкий офицер, целясь из автомата на маленьких братьев и отца.

У Жени еще были старшие братья, но они убежали в лес к партизанам, так как молодых девушек и парней немцы угоняли в Германию.

Каждый день и каждую ночь жители деревни слышали и видели, как бомбят город Брест и Брестскую крепость. В домах звенели стекла, зарево от пожаров было видно до самого утра. Было очень страшно. Мать постоянно плакала и прижимала своих деток к себе. Защитники Брестской крепости мужественно и стойко держали оборону, но, к сожалению, силы были неравны. Через 8 дней Брестская крепость пала, а их семья оказалась в оккупации. Каждый день был наполнен страхом и ужасом той войны.

Немецкие солдаты вели себя как хозяева. Им было весело: они смеялись, играли на губных гармошках и ели шоколад.

За годы войны много белорусских деревень исчезло с лица земли, и моя прабабушка была свидетелем тех страшных событий, которые учиняли немецко-фашистские захватчики на белорусской земле.

Они расстреливали людей, сжигали целые деревни, заставляли рыть окопы под дождем и снегом, угоняли скот.

Помнит Женя, как ее отца немцы пытались расстрелять за то, что он не захотел отдать им свою коровушку - единственную кормилицу в семье. Они вытолкали его со двора и уже нацелили автомат, но мать в буквальном смысле повисла на дуле автомата и не дала немцу стрелять в отца.

Даже на секунду представить сейчас сложно, какой страх пришлось испытать детям, у которых все это происходило на глазах.

Долгие четыре года немцы пытались захватить и уничтожить великую страну, но русский солдат победил, а народ перенес все тяготы и лишения военных лет, выжил, не упал духом и начал строить после войны новую жизнь. А девочка Женя выросла и сразу после войны устроилась на военный завод в город Брест. Работала она ответственно и всегда выполняла и перевыполняла план своих заданий, о чем свидетельствуют многочисленные грамоты и награды.

А по вечерам она с подружками собиралась на посиделки у кого-нибудь в доме, где они вышивали рушники (полотенца), пряли пряжу, вязали носки и варежки и пели белорусские и русские песни. До сих пор она помнит и поет много песен, в том числе про войну.

В выходные ходили девчонки на танцы, там они пели и плясали под гармошку, баян или аккордеон. По воспоминаниям прабабушки, там было так весело, что не хотелось идти домой до самого утра.

На одном из таких вечеров она познакомилась со своим будущим мужем, моим прадедушкой. Он в то время проходил срочную службу в рядах Советской Армии, был сержантом. Молодые люди понравились друг другу и вскоре поженились. А по окончании службы прадедушки они уехали к нему на родину - в Чувашскую Республику, Порецкий район, село Раздольное. Здесь они построили дом, родили двух детей, обзавелись хозяйством. Прожили долгую счастливую жизнь. 

Мне хочется также немного рассказать о моем прадедушке. Когда началась война, мальчику Вите было 11 лет. Отца сразу забрали на фронт. Мама осталась одна с детьми, как и многие женщины того времени. Детей нужно было кормить, но еды было очень мало, а иногда и не было вовсе. Чувство голода не покидало маленького мальчика никогда. Летом еще было с едой попроще: можно было собрать ягод и грибов. В те годы, по воспоминаниям прадедушки, было их большое изобилие. Также они пекли лепешки из лебеды и липового цвета, варили горькую кашу из корня лопуха. А вот осенью и зимой становилось совсем тяжело. Мальчик Витя, как и другие дети, собирал колоски и мерзлую картошку с колхозных полей. Ели картофельные очистки, заваривали крахмал и пили его. В доме не было не то что крошки хлеба, но даже картофельной кожурки.

Чувство голода и отчаяния не покидало мальчика. Иногда просто хотелось уснуть и не проснуться, чтобы вновь не испытывать эти адские муки голода. Многие соседские дети умирали от истощения.

Детей постарше наравне со взрослыми выгоняли копать «Сурские рубежи». В то время не было хорошей теплой одежды, как сейчас, и многие простужались, болели и умирали.

Еще одно очень яркое и страшное воспоминание моего прадедушки хотелось бы здесь упомянуть. В годы войны вблизи их села развелось много волков, так как мужчины были на фронте и охотиться на них было некому. Волки заходили прямо в деревню, во дворы и утаскивали домашний скот.

Несмотря на тяжелое военное время, дети ходили в школу, которая находилась в восьми километрах от дома, в соседнем селе Кувакино. Ходить нужно было через поле. Дети с утра собирались и всей гурьбой шли на занятия. В один из таких дней мальчик Витя опоздал, и ему пришлось идти одному. Пройдя уже почти половину пути, он увидел, что ему навстречу бежит волчья стая. Мальчик встал и не двигался, ожидая своего часа, так как бежать не было смысла, а спрятаться в большом заснеженном поле было негде. Стая окружила его. Внимательно и долго волчьи глаза смотрели на испуганного ребенка. Но, к большому счастью, они не тронули его и побежали своей дорогой. Витя еще долго стоял, не шевелясь. Только когда почувствовал, что стал замерзать, он побежал домой и долго дрожал и плакал от страха.

Своего прадедушку я уже не застала – он умер в 1991 году. Но я знаю, что он всегда много работал в колхозе и дома. Был уважаемым человеком, занимался резьбой по дереву, разводил пчел. Был лучшим столяром и плотником в районе.

А вот моя любимая прабабушка, Ваганова Евгения Алексеевна, до сих пор жива и здорова, сейчас ей 96 лет. Она воспитала четырех внучек и дожила до шести правнучек. Всегда на ее столе были вкусные пироги, белорусские картофельные драники. А летом она всегда делала вареники с черникой и малиной. В долгие зимние вечера она прядет пряжу на прялке, вяжет теплые носки и варежки. Но спустя много лет она не может забыть ужасы той войны и рассказывает своим внукам и правнукам истории своего военного детства.

Полина Шумилова, 9-й класс, гимназия №5 г. Чебоксары.